Мир будто бы остановился. Все вокруг - белый шум. Ожидание того, когда же каналы будут красочными, и закончится этот неприятный звук помех. | Акрил, Масло, Холст | Москва | 30х20

Привет! Меня зовут Fjør. Я француз, мне 28 лет, живу в южной части Парижа. Работаю риелтором. Большую часть времени — из дома, выезжая на сделки всего пару раз в неделю. Живу вместе со своей тётей, у которой, кстати, своя булочная. Она печёт отменные багеты и булочки с маком, так что большую часть времени ем булки и смотрю в окно. Увлекаюсь «мелочами». Я тот самый гость, который с первого раза запоминает, где что находится в вашем доме. Всегда думал: хорошо это или плохо? Наверное, хорошо. Ведь тогда смогу подсказать, где вы забыли свой ноутбук или любую другую вещь. Люблю уют, плюшевые текстуры и зажигалки. Живу в просторной квартире с высокими потолками и вязаными коврами из овчины. Окна выходят на большой цветочный сад с фонтаном в центре. Рабочий стол стоит посередине комнаты, напротив балкона. Отсюда особенно нравится наблюдать за видом из окна: за цветением растений, животными, поцелуями влюблённых, пьяными бедолагами, бездомными и людьми в пиджаках, вечно куда-то спешащими и разговаривающими по телефону. В такие моменты приходит чувство уединения и уюта. Они там, а я здесь. Они даже не подозревают, что за ними кто-то наблюдает. Будто бы сижу посреди фонтана и наблюдаю каждое движение и дыхание этого мира. Будто бы каждый звук — это одно и то же. Каждое движение — одно и то же. | Акрил, Масло, Холст | Москва | 80х60

Моё. Работа о хрупкости, прикосновении и следах, которые мы оставляем друг в друге. Сердце выполнено мелками, поэтому любое прикосновение меняет его: оно оставляет частицу себя на человеке и одновременно принимает его отпечаток. Чем больше контакта, тем больше меняется сама работа. С ней невозможно обращаться небрежно — со временем сердце может стереться, оставив после себя лишь очертания. Как и живое чувство, оно существует, пока к нему прикасаются бережно. При разном освещении работа меняет оттенки, а контраст матового сердца и глянцевого фона делает ее восприятие постоянно меняющимся. | Акрил, Пастель, Холст | Москва | 100х80

«Горчичная комната со странностями» стала завершающей работой одного из самых сложных периодов моей жизни. Между ней и «Белым шумом» прошло несколько лет. Шум никуда не исчез — он будто переместился внутрь меня. Это было время саморазрушения, сложных отношений и одновременно попыток найти дорогу обратно к себе. В какой-то момент появился выбор: продолжать двигаться по наклонной или попробовать изменить направление. И рядом с белым шумом впервые появляется пульт — возможность переключить канал. Существо, которое я называю «Нечто», кажется пугающим: щупальца, зубы, странное тело. Но за этой оболочкой я вижу ребенка с игрушкой — испуганного, защищающегося, показывающего зубы всему миру и одновременно боящегося собственного отражения в зеркале. Это работа о состоянии, когда внутренний хаос еще не закончился, но внутри него впервые появляется возможность выбора.| Акрил, Холст | Москва | 30х20